Книги с автографами Михаила Задорнова и Игоря Губермана
Подарки в багодарность за взносы на приобретение новой программы портала











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Главный вопрос на сегодня
О новой программе для нашего портала.
Буфет. Истории
за нашим столом
1 июня - международный день защиты детей.
Лучшие рассказчики
в нашем Буфете
Конкурсы на призы Литературного фонда имени Сергея Есенина
Литературный конкурс "Рассвет"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

Конструктор визуальных новелл.
Произведение
Жанр: Публицистика и мемуарыАвтор: Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)
Объем: 19998 [ символов ]
РОДНОЙ ГЕРОЙ (рассказ-интервью)
Передо мной в Кёльне – мой дядя Зиновий Иосифович Красовицкий. Но (включаю машину времени) ещё не кавалер 9 боевых и трудовых орденов и многих медалей. Вижу, как совсем юный военфельдшер, рискуя жизнью на каждом шагу, выносит на себе с поля боя раненых солдат и офицеров. ...Все наши мужчины – на фронте. Половины не стало. Кто пал смертью храбрых под Москвой, кто в Харьковском «котле», а большинство – в Германии...
 
– Дорогой дядя! Великая честь – родной герой. Ваша жизнь – каскад незабываемых подвигов. Спасибо за мемуары «По тернистым дорогам жизни»! А как начинался Ваш славный боевой путь?
– Через день после школьного выпускного вечера, 22 июня 1941 года, я примчался в военкомат. Направили в Военно-Медицинскую Академию. На Курской дуге назначили фельдшером батальона в Первой Гвардейской Танковой Армии. ...Из подбитого «Т-34» выбрался объятый языками пламени танкист. Вместо того чтобы упасть на землю и, катаясь по ней, тушить огонь, раздувал его, бегая по полю. Я повалил пострадавшего, погасил пламя, оказал помощь и организовал эвакуацию в медсанбат. В первом бою – победа.
 
– Не приходилось ли Вам сталкиваться с врагом лицом к лицу?
– Когда мы разбежались организовывать «гнёзда» для раненых, я вскочил в вырытый вдоль реки окоп. И вдруг меня «встречает» крупный немецкий офицер с автоматом. Секунда замешательства. У меня в руках парабеллум. Рефлекторно наставляю оружие на офицера и мгновенно нажимаю курок, а сам падаю наземь. В голове – шум и какая-то пустота. Вдруг возникает вопрос: «Убит ли я?» Шевелю пальцами ног и чувствую это. Но головы не поднимаю и признаков жизни не подаю. Опять терзает тот же вопрос: «Жив ли я?» Теперь шевелю пальцами рук. Значит, жив! Подскакиваю и вижу убитого офицера на земле. Забрал у него автомат и планшет. В нём были сведения, оказавшиеся ценными для нашего командования.
 
– А Вы встречали следы гитлеровских зверств?
– В жестоком бою мы освободили Люблин и увидели Майданек. Перед баней лежали горы аккуратно сложенной одежды и обуви, отдельно детской. Мы с ужасом смотрели на копны спрессованных человеческих волос и скальпированную людскую кожу для изготовления дамских сумочек. Возле кремационных печей были огромные кучи человеческих костей, и стоял невыносимый смрад сожжённых тел. Неужели история не образумит людей, и подобное где-то может повториться?!
 
– Пересекая здесь улицу профессора Мессершмитта и работая в аэрокосмической фирме на аэродроме тех времён, я думаю о том, что и над Вами ««Мессеры» кружили»... А Вам приходилось бывать на вражеской территории?
– При внезапной зимней контратаке немцев они захватили всё вокруг хутора на высотке. Там пришлось нам оставить до ночи 12 тяжелораненых с опытным санитаром. Мы оказали первую помощь, отдали им все сухари, медикаменты и горячую воду в термосе и укрыли их шинелями, одеялами и чехлами. Ночью я за ними вернулся с двумя разведчиками и санитаром на трёх санях, в которые были впряжены лошади. Мы остановились у подножья и стаскивали раненых вниз на полозьях и досках. А невдалеке с рёвом двигались вражеские танки и мотоциклы... Но сани почти не скрипели, и даже наши лошади не ржали. Говорил шёпотом и тяжелораненый, который не доехал до медсанбата... А другой всю дорогу громко кричал и плакал, но вскоре вернулся в строй.
 
– А кто на фронте подвергался большей опасности – солдаты или санитары?
– Солдат в обороне ведёт огонь из своего окопа, а в наступлении продвигается вперёд, стараясь найти какие-то прикрытия. Санитар же с оружием и санитарной сумкой перебегает под свист пуль и разрывы снарядов от одного раненого к другому по всей ширине поля боя. Опасность – каждое мгновение, на каждом шагу! Солдаты с огромным уважением и искренней любовью относились к полевым медицинским работникам. Одним только своим появлением они вселяли в раненых надежду на спасение и этим в значительной степени решали их судьбу. Насколько мне известно, на всю жизнь остаётся в благодарной памяти раненого тот, кто оказал ему первую помощь и вынес с поля боя.
 
– Когда Вас ранили впервые?
– Мы освободили Черновцы и захватили под Станиславом (ныне Ивано-Франковск) две высоты рядом. Когда спустились, нас атаковали штурмовики, и было много раненых. Приходилось беспрерывно перебегать от одного к другому, оказывать им помощь и перетаскивать их в отдельные «гнёзда» под прикрытие рвов и кустарников у подножья. Внезапно из гряды холмов поползли на нас вражеские танки, тогда как наши и авиация действовали на другом участке, а у нас были только противотанковые ружья и миномёты. Силы были неравными, и танки противника двинулись на ту из высот, где были два стрелковых батальона и миномётный взвод. А наш батальон и рота противотанковых ружей находились у подножья другой высоты, куда танки почему-то не пошли. Казалось почти невозможным побороть страх и панику в крайне тяжёлом положении. Пахло рукопашной. Было много погибших и тяжелораненых. Когда я оказывал помощь начальнику связи батальона, почувствовал ранение как сильный удар в правое бедро. Мгновенно возникла тревога: «Что же будет с мамой?» Её не стало в тот же день, 31 марта 1944 года, и почти в то же время... Я оказал себе помощь и быстро пополз наверх к «нашей» высотке без вражеских танков. Откуда брались силы, не знаю, но только это и спасло от смерти. На вершине меня подобрали санитары другой бригады и уложили на повозку. По пути в медсанбат мы проезжали мимо большой грязной лужи, где лежал убитый конь и валялась немецкая каска. Непреодолимое желание утолить жажду было сильнее всего на свете. Упросил ребят, и они водой из лужи сначала прополоскали каску, а затем напоили меня. Вода казалась сказочно вкусной... И обошлось без кишечных инфекций и даже расстройства! В госпитале под тяжело перенесённым хлороформным наркозом мне провели на бедре радикальную операцию с лампасными разрезами для предупреждения газовой гангрены. Нога отекла, рана долго не заживала и начала нагнаиваться. Долечившись, вернулся в строй.
 
– А каким запомнился Вам переход нашей границы?
– В ожесточённом бою мы увидели лежавший на земле пограничный столб и поняли, что вступили в Польшу. Радость у всех была неописуемой: мы освободили нашу Родину от врага. Раздавалось громовое «Ура!». Но в нашей бригаде было немало погибших, включая санитара-носильщика, а санинструктор и два санитара были ранены. По штатному расписанию батальону полагались врач, фельдшер, санинструктор и шесть санитаров, а также пять санитаров-носильщиков в ротах. Но обычными были нехватки. Две-три недели прослужил врачом квалифицированный капитан медслужбы, но в боях терялся и был откомандирован в медсанбат. И мне до конца войны довелось исполнять обязанности врача – начальника медсанслужбы батальона. В том бою мне пришлось беспрерывно оказывать помощь раненым. Не менее 20 из них я вынес в безопасное место, затем был ранен в шею. Пуля прошла над левой ключицей и унесла с собой кусочек мягких тканей, почти не причинив боли и не вызвав сильного кровотечения, но частично оголив солнечную артерию. Повезло! Ранение было касательным. Пройди пуля чуть глубже – пришлось бы навеки остаться в польской земле... Мне оказали помощь в медсанбате, и я сразу вернулся на передовую.
 
– А приходилось ли Вам сталкиваться с трусостью?
– После боёв за Данциг, Сопот и Гдыню, в которых я получил сквозное пулевое ранение кисти, но остался в строю, мы вели ожесточённые сражения на подступах к Лодзи. Ровная местность, опоясанная густыми лесными насаждениями, легко простреливалась врагом. Только под прикрытием артиллерийского и миномётного огня возможно было продвижение вперёд. Многочисленных раненых выносили к опушке леса в «гнёзда» на 5-6 человек. Из третьей роты приходили легкораненые, которым на передовой медпомощь не оказывалась. Но они не видели ротного санитара, да и тяжелораненые перестали поступать. Взволнованный, я пробрался на передовую роты, но не нашёл ни её командира, ни санитара-носильщика. Пришлось организовать вынос тяжелораненых с помощью санитаров батальона и бойцов роты. А после боя обнаружил я в лесу испуганных, дрожащих санитара и командира роты, и мне впервые изменила выдержка. Обругав санитара, я сильно отлупил его увесистой палкой. Тот плакал, извинялся за трусость, уверял, что с ним такого больше не случится, что за солдат и командиров, за Родину, если понадобится, отдаст свою жизнь. Он говорил настолько искренне, что не поверить ему было невозможно. Я взял его перед командованием под мою ответственность, и его не отдали под военный трибунал. А командира роты судили по всей строгости военного времени. Санитар же оправдал доверие. Оправившись от тяжёлого ранения под Люблином, он в Берлине по воинскому долгу пополз в зону огня для спасения тяжелораненого командира и закрыл его своим телом, а сам был сражён наповал пулей, угодившей прямо в сердце.
 
– Военная служба даже в мирное время – незаменимая школа, после которой уже ничего не страшно. А война... Часто слушаю песни 30-40-х годов и заряжаюсь их высоким духом. Вы оба с братом рвались на фронт...
– Мой старший брат Илья с группой солдат и офицеров выбирался к нашим из Киевского «котла». За 35 суток они одолели более 400 км по оккупированной территории. Представь себе: их прячут семьи крестьян и учителей, делятся едой и одеждой, а к ночи выводят на восток. И никто не выдаёт своих. Даже старик, нещадно ругающий Советскую власть и вождя за недостаточную подготовку к войне. А ведь все рискуют жизнью целых семей. И только жалкие отщепенцы идут в предатели. Перед операцией «Багратион» Илья во главе группы разведчиков даже выкрадывает начальника полиции из-за линии фронта и передаёт трибуналу для вздымающего возмездия. Есть фотографии подполковника Ильи в трофейном «Мерседесе». Награждён орденами Красного Знамени, Отечественной войны I и II степени, Красной Звезды (дважды), медалью «За отвагу» и другими.
 
– Илья запечатлён и как всадник. Но как-то не представляю себе Вас на коне в прямом смысле слова...
– Лошадка Монголочка спасала меня от большой беды и, возможно, даже гибели. Немцы предприняли контрнаступление на узком участке фронта, чтобы вернуть Штеттин. Телефонная связь с медсанбатом прервалась. Я выехал верхом, чтобы выяснить его расположение после передислокации. На обратном пути в темноте оказались на минном поле. Только когда проехали его половину, нас окриком остановил задремавший солдат-минёр и помог выбраться. Как мы не подорвались?! А затем запутались и сбились с дороги. Обстановка была тревожной: немцы где-то рядом. Что делать? Вспомнился совет в подобных случаях отпустить вожжи и дать лошадке самой искать дорогу: она обычно приводит к тому месту, откуда вышла. Не подвела меня Монголочка, и вернулись мы вовремя. А через час бригада отступила...
 
– Не доводилось ли Вам преодолевать реки под огнём противника?
– В боях за Познань нам предстояла река Варта. Под прикрытием темноты я с двумя санитарами под свист пуль и разрывы снарядов переправлялся на плоту к вражескому берегу, чтобы организовать там «гнёзда» для раненых. Наш плот разбили, и мы добрались вплавь. До этого я не умел плавать, но в чрезвычайной обстановке благодаря то ли страху, то ли жажде жизни сразу освоился. Я нырял – уклонялся от пуль – и выбрался на берег противника даже одновременно с санитарами.
 
– А в Германии Вы не сталкивались с окружением?
– Немецкие танки контратаковали нас у Зееловских высот, держали наши в кольце и подожгли многие их них. Большими были потери и у медработников. На 10-тонной итальянской дизельной машине мы установили два яруса нар и вывезли около 40 раненых из окружения.
 
– Не зря, наверное, поётся: «Последний бой – он трудный самый...»
– Немецкие танки контратаковали нас у Зееловских высот, держали наши в кольце и подожгли многие их них. Большими были потери и у медработников. На 10-тонной итальянской дизельной машине мы установили два яруса нар и вывезли около 40 раненых из окружения. А 24 апреля 1945 года в Берлине, в Кёпенике, в центре площади уцелел невысокий пьедестал разбитого памятника, а вокруг полегло много наших солдат под пулями наиболее искусного стрелка. Я успел перетащить с неё четырёх раненых. По просьбе раненого там комбата подпрыгиваю на пьедестал и тотчас чувствую сильный удар в левое бедро. Именно этот выстрел и помог обнаружить снайпера. Проползая, почувствовал и увидел: бедро, как кочерга, зацепилось за угол здания. Вдруг слышу шум и крики на смешанном русско-украинском языке. Обрадовался и зову на помощь. В ответ слышу угрожающий трёхэтажный мат. Нас предупреждали, что Берлин могут защищать власовцы и бандеровцы. С санитарной сумкой скатываюсь в котлован. Дальше провал: я потерял сознание. Спасли боевые друзья, доставили в госпиталь. В 21 год за 14 дней до Победы в 14 км от Рейхстага не дало мне дойти до него тяжёлое ранение. День Победы помню смутно – сквозь какую-то пелену, дым, туман. Соседи по койке говорили, что я тоже кричал «Ура!» и даже выпил «сто грамм» за Победу. Из-за крайне тяжёлого общего состояния через месяц после ранения ногу ампутировали очень высоко гильотинным способом. Уже впоследствии мне сообщил начальник штаба, что меня представили к званию Героя Советского Союза, а наградили боевым орденом Красного Знамени, четвёртым за войну. Он – самый дорогой для меня.
 
– А какими были Ваши первые шаги на «гражданке»?
– Уже в июле меня отправили на долечивание в Свердловск. Поезд шел через Харьков, и мы, несколько человек, сбежали: ведь это – почти дома. Там и долечивался. Собирался ехать в Киров к брату и мечтал учиться на юриста или историка. Но... Однажды в ноябре, проходя по улице Сумской, я встретил Марию, которая мне нравилась ещё в школе и училась на третьем курсе мединститута. Она уговорила меня никуда не ехать и поступать в него. На экзамене по микробиологии мои ответы больше походили на философские рассуждения. Но строгая профессор вывела в зачётке «отлично»: «Вы будете очень хорошим врачом, а может быть, и научным работником». Это стало окончательным доводом в пользу выбора профессии.
 
– Сразу два профессора предсказали Вашу научную судьбу, а один – даже докторскую диссертацию. И это – лет за 35 до её защиты Вами в 1980 году в Институте эпидемиологии под руководством будущего Президента Академии медицинских наук СССР В. И. Покровского. Был свидетелем Вашего успеха. Но возможно ли врачебное мужество в мирной жизни?
– Часто необходим обоснованный риск. У четырёхлетней Тани были сразу коклюш, воспаление лёгких и менингоэнцефалит. Через каждые полчаса – приступ с покраснением и посинением лица, судорогами, остановками пульса и дыхания. Начиналась агония, и медлить было нельзя. Спасти могло только внутривенное введение нейролептической смеси, разведённой в растворе глюкозы. Разрешения на применение этого моего метода, многократно испытанного только на себе для оптимизации дозировок, ещё не имелось. И я на свой страх и риск пошёл на «боевое крещение». Всю ночь провёл у постели ребёнка. Очень волновался. На всякий случай приготовил препараты, ослабляющие действие той смеси. К счастью, опасения оказались напрасными. Девочка впервые спала относительно спокойно и дышала глубоко и ровно, хоть и учащённо. А через три недели была выписана практически здоровой. И в 18 лет родила дочь...
 
– Вы всегда сначала испытывали изобретённые Вами препараты и методы лечения на себе. А сталкивались ли Вы со случаями, когда врачебный долг не исполнялся?
– Даже с вопиющими. Вспоминаю их с болью и возмущением. Мы отмечали в московском ресторане защиту моей докторской диссертации. Внезапно мой сын, больной диабетом, впал в гипогликемическую кому. Это острое состояние при резком падении сахара в крови. Врач «Скорой помощи», на ходу поверхностно осмотрев сына, потерявшего сознание, и не собрав анамнеза, поставила диагноз алкогольного опьянения. Она не захотела выслушать сведения о болезни сына и, не оказав помощи, с чувством непонятного пренебрежения ко всему происходившему собралась уходить. Врач может ошибиться в диагнозе. Но отказ помочь больному – преступление, и ему нет оправдания. Помню и другой случай. Аспирантка МГУ заболела менингоэнцефалополирадикулоневритом. Это тяжёлое поражение всех участков как центральной, так и периферической нервной системы. Участковый врач не оказал никакой помощи, объяснив своё бездействие отсутствием знаний и опыта лечения таких больных. Но и не обратился к помощи старших коллег. Это – нарушение присяги врача. Больная даже не была госпитализирована! Не помогла и врач МГУ по какой-то своей причине. Когда состояние девушки стало очень тяжёлым, студентки, жившие с ней рядом в общежитии МГУ, дозвонились до её родителей. Отец с колоссальным трудом привёз к нам на поезде свою дочь. По дороге она несколько раз теряла сознание. Врачи нашего отделения сутками не отходили от её постели. Родители уже утратили веру в исцеление и готовились к самому худшему, а бабушка даже заказала гроб... Но, к счастью, больная выздоровела.
 
– А в мирное время Вы встречались с мужеством Ваших больных?
– На 13-летнего Ваню набросилась собака, сбила с ног и укусила за щеку. Недели через три у него появились затруднения при дыхании, сильная жажда и спазмы в глотке при попытках выпить воду или дуновениях ветра. Сам Ванюша, узнав о собаке, спросил врача: «Не бешенство ли у меня?» С подозрением на него и привезли в нашу больницу мальчика с развёрнутой картиной болезни. Когда стало легче, Ваня попросил не пускать к нему маму и младшую сестричку. Он сказал, что после укуса прочитал брошюру о бешенстве и понимает, какая у него болезнь и чем она закончится. А сестрёнка очень любит его и, если её пустят к нему, не удержится и поцелует его. С трудом я сдерживал себя и утешал Ваню как мог. Но сделать ничего было уже нельзя... На следующий день начался финальный, паралитический период болезни. Я разговаривал с мальчиком, держал его руку в своей и щупал пульс, а Ванюша шептал мне что-то. И вдруг он вздрогнул и остановился на полуслове. Один миг – и Вани не стало... Я закрыл ему веки и вышел из палаты. Можешь представить себе моё состояние. Всё передо мной кружилось. Не смог сдержать слёзы...
 
– Могли ли Вы, герой войны, после потери ноги даже мечтать о том, что станете «Заслуженным врачом Украины» и членом правления Всесоюзного научного общества инфекционистов? А затем – создателем и главврачом научного клинического Центра по инфектологии и медико-биологическим проблемам в экологии и на его базе – основателем университетской кафедры, её заведующим и профессором? Что послужите прототипом главного героя в посвящённой Вам пьесе музыкально-драматического театра, в которой Вам досрочно «присвоят» докторскую степень? Создадите и внедрите оригинальные спасительные методы диагностики и лечения инфекционных болезней? Изобретёте целый ряд принципиально новых и чрезвычайно эффективных препаратов для медицины и ветеринарии? Что созданной Вами инфекционной больнице с Вашими барельефом и музеем будет при жизни присвоено Ваше имя? Но каково же было Вам, герою-фронтовику, переехать именно в Германию?..
– После шести хирургических операций, четырёх инфарктов миокарда и приступа сердечной астмы требовалась срочная и очень рискованная операция. Огромных денег на неё у меня и близко не было. Передать тяжесть моих переживаний не могу. Ведь я уезжал из родной страны, за свободу которой воевал. Опирался на её землю и дышал её воздухом. Уезжал в страну, против которой я воевал, где потерял ногу и только чудом остался жив. Но ныне в ней осуждается фашистское прошлое. Как мучился, сомневался! Как ныло сердце!.. Душевная боль была нестерпимой. Она лишь немного смягчалась сознанием того, что на Родине остаются друзья, ученики и созданные мною кафедра и больница, что я смогу им помогать и приезжать туда по мере сил. И сохранится добрая память обо мне, которая и станет тем единственным богатством, которое оставляю я в наследство моим детям, внукам и правнукам...
 
P. S. За день до 65-летия завершения битвы под Курском героя не стало. В последний путь его провожали в Кёльне десятки, а на Родине тысячи людей. Похоронен в самом начале главной аллеи Центрального кладбища рядом с монументом павшим героям...
Copyright: Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон), 2009
Свидетельство о публикации №210714
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 22.05.2009 20:33

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
илья рубинштейн[ 23.05.2009 ]
   Cпасибо, Лео. Светлая память доброму, талантливому и героическому человеку.
 
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 30.05.2009 ]
   Спасибо, Илья, за внимание и понмание.
Михаил Игоревич Петухов[ 03.06.2009 ]
   Прекрасная работа. Я всегда считал, что воспоминания участников, надо сохранять по крохам, по крупицам.
   Если голосование возможно, оцениваю работу на "5"!
 
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 03.06.2009 ]
   Большое спасибо за высокую оценку!
   Вечная слава героям!
   И вечная память!
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 06.06.2009 ]
   Марина Черномаз(Kira Lyss) [04.06.2009 23:44:55]
   http://litkonkurs.ru/index.php?pc=forum&;m=3&vid=217801&­amp;project=413­
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­----­
   РОДНОЙ ГЕРОЙ (рассказ-интервью)
    Автор: Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)
    Хорошее интервью. Много интересной информации. В тексте есть некоторые шероховатости, но они не существенны. Форма интервью позволяет передать особенности речи главного персонажа (лирического героя?)
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­----­
 
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 06.06.2009 ]
   Спасибо, Марина, за добрые слова!
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 06.06.2009 ]
   Мария Сидлер [05.06.2009 15:58:25]
   http://litkonkurs.ru/index.php?pc=forum&;m=3&vid=217801&­amp;project=413­
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­------------­
    Лео Гимельзон. Родной герой.
   
    Положительные стороны. Перед нами интервью с военным врачом. Никто не должен быть забыт. Военные врачи, фельдшера, санитары… Они рисковали своей жизнью не меньше, чем пехота, артиллеристы или летчики, потому что зачастую спасали других не думая о себе. Они вели неравные бои с более сильным врагом, чем фашисты – со смертью. И для многих солдат они этот бой они выиграли.
    Интересное интервью. Хорошая, неизбитая тематика.
    Отрицательные стороны: Немного путаное вступление: при чем здесь «машина времени» и к чему упоминание «Вижу, как совсем юный военфельдшер…», если само интервью берется уже в наши дни у ветерана? В общем стиле представленного интервью многовато патетики.
    Лонг-лист
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­---------­
 
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 06.06.2009 ]
   Спасибо, Мария, за подробный анализ, добрые слова и высокую оценку!
   "Передо мной в Кёльне – мой дядя Зиновий Иосифович Красовицкий. Но (включаю машину времени) ещё не кавалер 9 боевых и трудовых орденов и многих медалей. Вижу, как совсем юный военфельдшер, рискуя жизнью на каждом шагу, выносит на себе с поля боя раненых солдат и офицеров."
   То есть я смотрю на ветерана. Но "включаю машину времени" и именно благодаря ей "вижу, как совсем юный военфельдшер... выносит на себе с поля боя раненых солдат и офицеров."
   Надеюсь, высокой теме патетика не вредит. Она, полагаю, компенсирует скромность ветерана...
   С теплом,
   Лео
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 07.06.2009 ]
   Дубенко [06.06.2009 21:45:52]
   http://litkonkurs.ru/index.php?pc=forum&;m=3&vid=217801&­amp;project=413­
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­------------­
   РОДНОЙ ГЕРОЙ (рассказ-интервью). Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)
   
    Замечательное интервью о настоящем герое, который проявлял чудеса мужества на фронте и в мирное время. Захватывает. Сколько пережитого за плечами наших дедов. Воистину – поколение титанов.
    ЛОНГ
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­------------­
 
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 07.06.2009 ]
   Большое спасибо, Пётр, за добрые слова и очень высокую оценку, прежде всего, подвигов родного героя!
   Она дорога мне, потому что исходит от чрезвычайно взыскательного и компетентного ценителя литературы.
   С глубоким уважением,
   Лео
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 09.06.2009 ]
   Карен Агамирзоев (Tulli) [08.06.2009 23:10:15]
   http://litkonkurs.ru/index.php?pc=forum&;m=3&vid=217801&­amp;project=413&­seek=218450#218450­
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­--------------­
   РОДНОЙ ГЕРОЙ (рассказ-интервью). Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)
    http://www.litkonkurs.ru/index.php?dr=45&;tid=210 714&pid=80&n­om_id=172­
   
    Когда-то я знакомился с короткой статьей, в которой на вопросы автора отвечал его родной дядя, фронтовой санитар Зиновий Красовицкий. В нынешнем формате классического «интервью» судьба Зиновия Иосифовича проявилась наиболее отчетливо, ярко и красочно. Масштабный образ фронтового санитара, ежесекундно рискующего жизнью под ураганным огнем противника, после прочтения интервью у меня ассоциируется с современным врачом скорой помощи или врачом МЧС. Тяжелое ранение за 21 день до Победы не дало возможность 21 летнему Зиновию дойти до Рейхстага. Судьба Зиновия оказалась неотделимой от его старшего брата, Ильи, о котором Зиновий рассказал с огромной теплотой. К великому сожалению, в этом году уже нет с нами легендарного фронтового санитара, известного профессора медицины Красовицкого Зиновия Иосифовича, заслуженного врача Украины. Он погребен в стране, которую освобождал от фашизма. Мир праху его … мы будем помнить фронтового санитара Зиновия Красовицкого.
    Теперь о литературных качествах. Сюжет интервью не оставляет читателя равнодушным, судьба самого Зиновия потрясающая, вызывающая гордость за наших солдат Победы, глубокое почтение к памяти участника войны. Меня, как члена жюри, немного смущает тот язык, которым написано интервью. Возможно, и скорее всего, именно такими оборотами речи и выражался сам интервьюируемый Зиновий, т.к. сейчас так вообще не говорят. Если это так, то все замечания в отношении построения фраз снимаются. Автор на хорошем уровне раскрывает образ главного героя, бесстрашного фронтового санитара Зиновия Красовицкого, и является выражением глубокого почтения автора перед памятью своего дяди.
    В Лонг-Лист
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­-------------­
 
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 09.06.2009 ]
   Большое спасибо, Карен, за добрые, искренние, сочувственные, высокие слова о моём героическом дяде!
   В полном соответствии с его завещанием прощание с его телом и его погребение имели место именно на Родине через неделю после кончины. А траур в Кёльне был пятью днями ранее...
   Естественно, я счёл своим долгом сохранить в неприкосновенности не только суть сказанного самим героем, но и его прямую речь. Единственное, пришлось её сократить более чем вдвое по сравнению с прежним (ранее уже сокращённым) текстом интервью, который был внимательнейшим образом прочитан, слегка поправлен и полностью одобрен Зиновием Иосифовичем Красовицким.
   Очень рад, что общими усилиями удалось добиться полноправной номинации "Публицистика&q­uot;,­ совершенно необходимой не только для этого конкурса (но для него - особенно).
   Вечная слава героям!
   И вечная память...
Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон)[ 24.06.2009 ]
   Обзоры и итоги конкурсов
   К темам проекта
   Автор: Алексей Хазар
   Тема: Итоги конкурса «Мы помним все» (утверждены РК)
   http://litkonkurs.ru/index.php?pc=forum&;m=3&vid=219992&­amp;project=88­
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­---------------­
   НОМИНАЦИЯ «ПУБЛИЦИСТИКА»
   
   РОДНОЙ ГЕРОЙ (рассказ-интервью). Leo Himmelsohn (Лео Гимельзон).
   http://litkonkurs.ru/index.php?dr=45&;tid=210 714&pid=80&n­om_id=172­
   ГРАМОТА "За память о военных врачах"
   --------------------­--------------------­--------------------­--------------------­---------------­

Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Литературные объединения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России

Как стать автором книги всего за 100 слов
Положение о проекте
Общий форум проекта