Книги с автографами Михаила Задорнова и Игоря Губермана
Подарки в багодарность за взносы на приобретение новой программы портала











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Главный вопрос на сегодня
О новой программе для нашего портала.
Буфет. Истории
за нашим столом
1 июня - международный день защиты детей.
Лучшие рассказчики
в нашем Буфете
Конкурсы на призы Литературного фонда имени Сергея Есенина
Литературный конкурс "Рассвет"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

Конструктор визуальных новелл.
Произведение
Жанр: РассказАвтор: Светлана Дурягина
Объем: 10240 [ символов ]
МАХОНЬКАЯ
Ей снился ромашковый луг. Она стояла посреди цветочного моря и смеялась, глядя на несущегося к ней одноклассника Борьку, который, дурашливо взбрыкивая на бегу, кричал ей: «Мышь, я люблю тебя!» И вдруг Борька пропал, растворился в воздухе. Расстроенная Любочка оглядывалась по сторонам, звала его, но Борьки нигде не было. Она побежала сама не зная куда и вдруг среди ромашек увидела свежий могильный холмик со звездой и рядом – подружку Лерку в чёрном платке. Лерка, вытирая ладошкой слёзы, сказала вдруг маминым голосом: «Проснись, доченька. Война!»
 
Любочка широко распахнула глаза и увидела заплаканное мамино лицо. Так она узнала, что фашистская Германия напала на Советский Союз.
На следующий день Любочка вместе с Борькой и Лерой пошла в военкомат – записываться в армию. Они долго стояли в огромной толпе, ожидая своей очереди. Настроение было приподнятое: популярный кинофильм «Если завтра война» ещё у всех был свеж в памяти, и молодёжь рвалась в бой.
 
Борьку и Леру записали без вопросов, а Любочку военком даже слушать не стал: ей не было ещё восемнадцати лет. Глядя на её хрупкую фигурку сверху вниз, капитан, отбиравший девушек для службы в медсанчасти, раздражённо сказал ей:
- Ну, куда ты, метр с кепкой, лезешь? Ты хоть понимаешь, что любой здоровый мужик тяжелее тебя раза в два, а раненный и того больше? Какая из тебя медсестра? Кому ты можешь помочь? Родину защищать – не в куклы играть!
- А разве я не такая же комсомолка, как все? И курсы сандружинниц при школе не хуже других закончила! – чуть не плакала Любочка.
- Ты, конечно же, комсомолка. Но очень маленькая. Иди, подрасти сначала.
 
Вечером следующего дня Любочка провожала Борьку. Его направили в танковое училище. Перед тем, как запрыгнуть в вагон, красивый и повзрослевший в военной форме Борька подхватил Любочку под мышки, приподнял над перроном, неумело поцеловал и попросил:
- Жди меня, Мышь. И не рвись на войну. Я без тебя с фашистами разберусь. Ладно?
Глотая слёзы, Любочка молча кивала головой.
 
Ещё через день она провожала одноклассниц. Девчонки весело галдели, подсаживая друг друга, лезли в кузов полуторки. Любочка так горько ревела от обиды (ведь подружки едут без неё!), что Лерка не выдержала и, откинув лежащий в кузове брезент, скомандовала:
-Ладно уж, лезь.
Любочка затаилась в кузове. Когда прибыли в медсанчасть, капитан, увидев её на построении, оторопел и несколько секунд лишь молча хватал воздух ртом, потом приказал старшине отправить вредную девчонку домой с первой же попутной машиной. А пока придёт попутка, временно назначил её в медсанвзвод, который располагался у самой кромки леса в бывшей избе-читальне недалеко от батальонного штаба. Любочка сидела у окна и делала из марли тампоны. Как только видела, что какая-то машина подходит к штабу, тут же – в лес. Отсидится, пока машина уйдёт, и возвращается.
 
А через три дня батальон пошёл в бой. Повинуясь приказам старшей медсестры, Любочка металась среди всё прибывающих тяжелораненых, записывая в журнал данные из их документов, меняя повязки, подавая напиться. Никогда в жизни не видела она столько боли, страдания, столько искалеченных людей. А потом среди привезённых с передовой убитых Любочка увидела Лерку. Длинная светлая коса и красивое лицо подруги были в грязи, а на белоснежной с тесёмочками нижней рубашке расплылось большое алое пятно. До конца своих дней Любочка не могла надевать на себя одежду, где было сочетание белого с красным.
 
Сердитый капитан, которому она после боя меняла повязку, рассказал, как было дело:
- Мы поднялись в атаку, а фриц давай косить нас из пулемёта. И батальона не стало. Все лежат…Они не были убиты, они были ранены. Немцы бьют, огня не прекращают…Вдруг из окопа выскочила сначала одна девчонка, потом вторая, третья…Они стали перевязывать и оттаскивать раненых, даже немцы поначалу онемели от изумления… Через какое-то время все сестрички были тяжело ранены, но каждая спасла пять-шесть человек. Вытаскивали солдат по уставу, с личным оружием. Откуда только силы у девчонок взялись?! Твою подружку, видно, снайпер ещё в начале боя положил. Будешь теперь вместо неё. Пополнения ждать не приходится.
 
Капитан приказал выдать Любочке обмундирование. Когда она влезла в солдатские брюки, девчонки завязали их верёвочками ей на плечах, чтоб не сваливались. Нахохотавшись досыта, старшина взял ножницы и иголку и помог Любочке уменьшить форму до её размера (в юбке ведь за ранеными не поползаешь), но вот с сапогами то же самое сделать было нельзя, и в минуты передышки Любочка тайком от всех смачивала горючими слезами кровавые мозоли на своих ногах до тех пор, пока капитан не принёс ей снятые с убитого фашиста аккуратные хромовые сапожки.
 
Капитан Евсей Кузьмич был очень похож на её отца. С виду он был суров и малоразговорчив. Любочка боялась его и очень за него переживала.
Однажды, после захлебнувшейся нашей атаки, она перевязывала в окопе легкораненых. В перерывах между очередями немецких пулемётов было слышно, как с нейтральной полосы чей-то немолодой страдающий голос звал: «Сестра, сестричка, помоги!» Немцы не жалели патронов и лупили из пулемётов на каждый живой звук. Любочке было очень страшно, но она сказала себе: «Ребята сделали своё дело, теперь моя очередь».
 
Она поползла на слабеющий голос раненого, натыкаясь на убитых, пугаясь их искажённых предсмертной мукой лиц. Тот, кто звал её, оказался здоровенным мужчиной. У него был распорот штыком живот. Он судорожно пытался вправить обратно выползающие из живота кишки и всё звал: «Сестра, сестричка, помоги!» Любочка огромным усилием воли подавила подступившую к горлу тошноту, перевязала его, подсунула под потерявшего сознание солдата плащ-палатку и попыталась тащить, но не смогла даже с места его сдвинуть. Солдат стонал, бормотал в беспамятстве: «Доченьки мои, лапушки, бегите к батьке, батька вам гостинца привёз». Любочка тоже застонала - от бессилия. Понимая, что солдата ей не вытащить, она решила хоть умереть достойно, встала во весь рост и запела: «Я на подвиг тебя провожала». Немцы вдруг перестали стрелять, а из наших окопов на её голос приползли два бойца, помогли утащить солдата к своим. Вслед им никто не стрелял. Капитан, стащив её за ворот шинели в окоп и больно притиснув лицом к груди, прохрипел ей в ухо:
- Говорил же я тебе – подрасти!
 
От Борьки приходили письма, в которых он ругал её за то, что она не послушалась его и удрала на фронт, писал, что любит, просил беречь себя. Любочка отвечала, что беспокоиться ему нечего, что она уже ко всему привыкла и ничего не боится. Но это было не так. Больше всего на свете Любочка боялась попасть в плен. Недавно из их батальона попала в плен медсестра. Через день ту деревню, где стояли немцы, наши отбили и нашли её: глаза выколоты, грудь отрезана. Эти нелюди посадили её на кол. Стоял сильный мороз, и девушка была белая-белая, и волосы все седые… А девочке было девятнадцать лет. С тех пор Любочка всегда держала патрон для себя: лучше саму себя жизни лишить, чем попасть в лапы врага.
 
Солдаты в батальоне любили и жалели её, старались помочь, чем могли; с лёгкой руки старшины прозвали Махонькой; при ней старались не ругаться матом; делились последним сухарём; разведчики приносили Любочке из рейдов по вражеским тылам то немецкий шоколад, то губную гармошку. Молодые пытались ухаживать, но когда узнали, что она получает письма из танковой дивизии и увидели, как она их перечитывает по многу раз, отстали и ревностно оберегали от залётных молодцов, которые иногда появлялись в батальоне, следуя после выздоровления из госпиталя в свою часть…
 
Война для Любочки закончилась вскоре после того, как ей исполнилось восемнадцать. В одном из боёв ранило капитана; он первым выскочил из окопа, поднимая бойцов в атаку, и Любочка видела, как он упал лицом вниз, сражённый пулемётной очередью. Она поползла его спасать. Немецкий снаряд накрыл их обоих. Капитан погиб сразу, а ей раскрошило обе ноги. Солдаты плакали, не стесняясь слёз, когда несли её на плащ-палатке в медсанбат, а Любочка кричала от дикой боли и просила их: «Ребята, пристрелите меня… кому я такая буду нужна?»
***
Борька нашёл её в Доме инвалидов через пятнадцать лет после войны. За это время ей сделали более десятка операций, но ходить она больше так и не смогла.
Когда Боря вошёл к ней в комнату, Любочка не узнала его: изувеченное шрамами лицо, наполовину скрытое тёмными очками, пальцы без ногтей, которыми он ощупывал её лицо, иссушенное страданием. Танк, командиром которого он был, под Прохоровкой уничтожил трёх «Тигров», и его подожгли фашисты. Экипаж погиб; Борю, без глаз, всего обожжённого, вытащили из пылающего танка пехотинцы. Рассказывая Любочке о своём последнем бое, Боря сказал:
 
-Единственное, о чём жалею до сего времени, это что рано дал команду покинуть горевшую машину. Всё равно ребята погибли. А мы могли бы ещё один немецкий танк подбить. А так…Два года возили меня по госпиталям, операции делали одну за другой – восстанавливали лицо. Тебе не писал, не хотел, чтоб ты с калекой мучилась. Потом случайно от медсестрички в одном госпитале узнал, что и с тобой беда случилась. Она в моих вещах карточку твою увидела, узнала тебя и рассказала, что и ты в этом госпитале была, и какая ты… Я сейчас с мамой живу, всё это время мы искали тебя.
 
Любочка тяжело вздохнула, стиснула побелевшими пальцами ручки инвалидного кресла, сказала дрожащим от сдерживаемых слёз голосом:
- Я, Боренька, даже матери своей не призналась, что живая. Не хотела обузой быть: папа погиб в первые дни войны, а у неё ведь ещё трое на руках осталось…Помнишь, как мы с тобой вальс танцевали, как мальчишки на мои ножки пялились, а ты злился? Теперь вот вместо ножек моих – безобразные обрубки.
 
Любочка тихо заплакала. Боря повернул своё изуродованное лицо к окну, словно почувствовал, как ласкают его лучи заходящего солнца, улыбнулся сквозь боль:
- Зря ты это сделала, Любочка. Твоя мама и сейчас тебя ждёт. И я жду. Поедем домой, Мышь. После всего, что мы пережили, нам ведь теперь ничего не страшно. Пары глаз и пары ног на двоих нам с тобой хватит, а рук-то ведь у нас четыре. Не пропадём. Главное, что мы теперь вместе! А уродства своего нам стыдиться нечего: мы Родину защищали.
Copyright: Светлана Дурягина, 2014
Свидетельство о публикации №324195
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 09.03.2014 23:34

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Литературные объединения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России

Как стать автором книги всего за 100 слов
Положение о проекте
Общий форум проекта